В домике на мысе Эванс в Антарктике время словно остановилось. Все осталось как в тот день, когда капитан Скотт и его команда захлопнули за собой дверь, взяв курс на Южный полюс. Хижина была погребена под снегом, но сегодня ученые, не жалея сил. делают все возможное, чтобы сохранить базу для будущих поколений.

Роковая гонка

В 1911 году англичанин Роберт Фалкон Скотт и норвежец Руаль Амундсен начали полярную гонку за звание покорителя Южного полюса. 20 октября Амундсен со своими спутниками и ездовыми собаками покинул базу Фрамхейм близ Китовой бухты, направляясь к полюсу. Четыре дня спустя с мыса Эванс снялась группа Скотта.

Экспедиции ждали разные судьбы. Путь норвежцев пролегал через сугробы и камни, и благодаря нартам, запряженным собаками. они преодолевали около 30 км в день. Британцы, напротив, продвигались вперед с огромным трудом и очень медленно. Моторные сани Скотта сломались, оставшихся в живых пони пристрелили. Людям пришлось самим тащить тяжело груженные сани. На лютом морозе британцы сильно мерзли в отсыревшей шерстяной одежде, а норвежцы, облаченные 8 полярные костюмы из оленьей и тюленьей кожи, от холода почти не страдали.

14 декабря 1911 года экспедиция Амундсена достигла цели. Скоп и четверо его спутников вышли на Южный полюс только 18 января 1912 года, где они обнаружили норвежский флаг и оставленную Амундсеном палатку. «Боже мой. это страшное место, и ужасно, что мы не имеем возможности пожинать лавры победителя, пришедшего сюда первым записал Скоп в дневнике. Сейчас нам предстоит обратный путь. Борьба будет отчаянная. Не знаю, удастся ли победить.

Победить не удалось. Истощенные и обмороженные, англичане километр за километром отвоевывали дорогу домой, к базовому лагерю на мысе Званс. но не достигли цели. Первым потеряли Эдгара Эванса, самого сильного из них: он ослабел и умер на руках своих товарищей. Вслед за ним не стало Лоуренса Отса. У него началась гангрена ноги, и в свой 32 – й день рождения он вышел из палатки со словами, ставшими последними в его жизни: «Пойду подышу воздухом».

Всего в 18 км от одного из своих складов смерть застигла оставшихся в живых: Роберта Скопа, Эдварда Уилсона и Генри Бауэрса. В плену жестокой снежной бури, голодая, они разбили палатку в последний раз. Их тела нашли только через восемь месяцев. Бауэре и Уилсон выглядели спящими, укрывшимися с головой в своих спальных мешках. Скоп, обнимая одной рукой Уилсона. застыл на тетрадях своего дневника.

Хижина с изоляцией из морских водорослей

Полярный домик был рассчитан на 36 человек. Теплоизоляцией послужили сушеные морские водоросли и мешковина, а дополнительным утеплителем – стена из тюков с сеном, наваленных вдоль восточной и западной сторон хижины. Двойной пол был покрыт войлоком и линолеумом. В течение полярной зимы температура внутри помещения поддерживалась не выше 9 градусов.

С того момента, когда Роберт Фалкон Скотт в январе 1911 года выбрал идеальное место для своей базы на пути к Южному полюсу, и до окончательного возведения сборного деревянного домика прошла пара недель. Хижину полярники привезли с собой из Британии, доставив ее на берег с судна Terra Nova 4 января. Команда сразу занялась сборкой, и в четверг, 17 января, участники экспедиции перебрались в свое временное пристанище на острове Росса в западной части одноименного моря.

Слово «хижина» казалось Скотту неподходящим для их довольно комфортабельного жилища на мысе Эванс. 19 января 1911 года он записал: «Хижина больше похожа на большой, теплый и уютный дом, в стенах которого царят мир и спокойствие. Это действительно лучшее, что когда-либо возводилось на полюсах: 15 м в длину, 7,6 м в ширину и 2,75 м в высоту до карниза крыши. Представьте себе наше жилище на бесконечном, покрытом мраком побережье, тонны ящиков с провиантом, уложенных аккуратными штабелями перед входом в дом, море, омывающее ледяное подножие снизу… Такова окружающая нас обстановка».

От штабелей из ящиков с провиантом давно ничего не осталось, но хижина, ставшая отправной точкой для одной из самых роковых экспедиций в мире, стоит до сих пор. Переступив порог, вы попадаете в иной мир. Здесь все осталось так, как почти 100 лет назад, в тот день, когда Скотт и его товарищи ушли в вечность. Постели хранят контуры спавших на них людей, в воздухе висит прогорклый запах тюленьего жира, стол заставлен кухонной утварью, на глаза попадаются шерстяные носки, небрежно сложенная газета и собачьи упряжки. Фотолаборатория практически нетронута временем, и кажется, что капитан со своей командой вот-вот войдет в эту дверь.

Хижина была полностью покрыта снегом и льдом

Но Скотт давно мертв, как и его соратники, покорившие Южный полюс. Оставшаяся в живых команда отплыла обратно в Великобританию, когда стало ясно, что экспедиция на ледяной континент закончилась трагедией. А домик, в течение года служивший теплым и гостеприимным укрытием во враждебном ледяном мире, был брошен на произвол стихии.

В Антарктике природа крайне сурова: даже в недолгие светлые месяцы полярного лета температура редко достигает плюсовой отметки, и именно благодаря морозу содержимое хижины Скотга неплохо сохранилось. Но постройка пребывает в плачевном состоянии и внесена в список Всемирного фонда памятников.

Вечеринка по поводу зимнего солнцестояния

Прошлое Скопа, военно-морского офицера наложило свой отпечаток на внутреннее убранство хижины. Перегородка из ящиков отделяла комнату офицеров от комнаты экипажа, но обеденный стол оставался объединяющим местом.

Полярники отпраздновали зимнее солнцестояние 22 июня 1911 года. Хижину украсили британскими флагами, вместо лимонного напитка достали шампанское. После жаркого из говядины и йоркширского пудинга на стол выставили целую батарею бутылок с ликером. Эффект не заставил себя ждать. «Наш биолог удалился к себе в койку, обычно молчаливого «солдата» Отса переполняло безудержное веселье и 2желание потанцевать с Энтони, боцман Эванс всем доверял свои сокровенные тайны, а Клиссолд сиял широчайшей улыбкой»,отметил в дневнике Скотт.

Па протяжении десятилетий полярная база противостояла яростному натиску стихий, а вокруг стен, окон и крыши нарастал толстый слой снега и льда. Если бы не многолетние восстановительные работы, сегодня от хижины остались бы лишь воспоминания.

Более 8500 предметов будут сохранены

За выполнением этой миссии стоит Фонд наследия Антарктики, собравший 3,5 млн фунтов стерлингов, то есть почти 165 млн. рублей, на восстановление и сохранение для потомков базового лагеря на мысе Эванс. С помощью лопат постройку освободили от 85 тонн снега. Стены покрыли водостойким защитным слоем, установили дренажную систему для предотвращения попадания талых вод внутрь хижины, из-под деревянного пода удалили окаю 50 кубометров льда.

Капитан имел собственный кабинет – спальню. Окоп оборудовал свою комнату таким образом, что часть ее служила спальней, другая использовалась как рабочий кабинет. На койке лежит его спальный мешок из оленьей шкуры, по словам владельца. «В высшей степени удобный и теплый», и одеяло.

Шерстяные носки на койке – лишь одни из многих найденных в хижине, где также были обнаружены брюки, свитера, варежки. На каждом предмете одежды обозначено имя хозяина – необходимая мера, ведь полярники одевались практически одинаково. Как следует из дневника Скотта, каждый день никто не переодевался. за исключением выходных дней, когда все «брились и переодевались в чистую одежду».

Скотт спал по восемь часов в сутки, а часы бодрствования посвящал планированию экспедиции. Перед сном он всегда находил время для чтения книг из привезенной с собой библиотеки. В хижине до сих пор хранятся некоторые из них, в том числе «Виндзорские проказницы» Шекспира. Как и многие другие, это произведение выпущено в миниатюрном формате и напечатано на тонкой бумаге. Размером всего в 4 см. издание было предназначено для того, чтобы брать его с собой в путешествия.